chipka_ne

Category:

Как правильно жить (1)

Ура! Я закончила последний годовой отчёт! Какое волшебное ощущение – на свободу с чистой совестью! 

Поэтому, чувствуя лёгкость во всём теле необыкновенную, закрою-ка я гештальт – допишу несколько строчек про упомянутую в предыдущем посте Бабанну. Потребность эту я чувствую благодаря вашим активным комментариям, а также из-за того, что несколько дней назад задуман был мною постик о непрошенных советчиках и учителях жизни – маленькая зарисовка, также навеянная подзамочным постом одной уважаемой френдессы – тема великолепной Бабанны здесь укладывается очень подходящим лыком в строку.


Итак, мы расстались с Бабанной на слове "прошмандовка", но для описанного в предыдущем рассказе МНСа (назовем его для удобства, скажем, Игорем) знакомство с замечательной женщиной на этом не закончилось. Хитрый Хакимов, которому Игорь помог тогда составить протокол, уговорил его записаться еще на несколько дежурств, клятвенно пообещав, что больше никаких патрулирований по тёмным аллеям не будет, а взамен на то грамотный народный дружинник (ми учёный человек уважаем!) поможет скромному труженику свистка и дубинки в делах бюрократических – и всё это в тепле, чистоте и даже в сытости (жена каждый вечер неукоснительно носила Хакимову в участок завёрнутый в старое одеяло, чтоб не остыл, казанок с домашним пловом, а фарфоровый чайничек с коньяком – чтоб Аллах не догадался! – всегда стоял наготове в сейфе). Игорь, разумеется, согласился еще и потому, что за каждые несколько дежурств полагался отгул, к тому же это был удобный предлог отвертеться от других общественных нагрузок, куда менее комфортных – походов на демонстрации, например. Так что знакомство с Бабанной продолжилось, более того – с появлением Игоря она зачастила в отделение Хакимова, испытывая после того памятного диалога о шалаве и прошмандовке, просто непреодолимую потребность более чётко и подробно изложить свою жизненную позицию "всяким малохольным". "Малохольными", а также "дармоедами", как дорогие читатели наверняка догадались, считался Игорь, а вкупе с ним и вся прочая интеллигенция, ибо в отличие от грубого, но простодушного Хакимова Бабанна "учёный человек не уважал". Презрение к учёности у неё распространялось не только на лиц с высшим образованием, но и вообще на всех, кто хоть чему-нибудь в жизни да выучился – на шофёров, например, (целый день сидит в такси на жопе да денежки в карман гребет), на парикмахеров (за что получает, мразь – за то, что волосёнки криво чекрыжит? – да я не хужей могу!), на сапожников-портных само собой без объяснения причин, просто потому что "обнаглели-разожрались" – список можно продолжать до бесконечности, но к чему множить сущности?
А кого же Бабанна уважала и считала достойными людьми, честными тружениками, солью земли и опорой цивилизации – разумеется людей простых, наделенных природным интеллектом, и понимающих всё и про всех абсолютно. Среди её современников таковых, к сожалению, не наблюдалось, про Мэри Попинс- мисс Совершенство - Бабанна не слыхала, Лена Миро тогда еще не родилась, поэтому в качестве примера человека совершенного и образца для подражания бедная женщина просто вынуждена была приводить самоё себя, дабы ясно было всяким недоумкам "делать жизнь с кого" и у кого учиться. А уж поучиться у Бабанны было чему. На момент знакомства с Игорем Бабанна шестой год, как вдовела. Мужа своего она вспоминала с искренним уважением – он, в отличие от всяких "очкастых" вёл жизнь настоящего мужчины – пил и бил жену смертным боем. Работа? Да, разумеется, что-то типа сторожа на стройке – в общем, нечто очень интеллектуальное, впрочем, всякие злыдни оттуда его периодически увольняли за прогулы и воровство всего, что плохо лежит. Умер он тоже, как настоящий мужчина – в Международный женский день 8-го марта. Точнее, уже в ночь на 9-е – с утра 8-го он со товарищи напился дома, опустошив приготовленную заботливой супругой скатерть-самобранку, а когда спиртное кончилось, подарил милой жёнушке вместо гвоздик пару симметричных фингалов и отправился с той же компанией праздновать дальше. В большинстве хорошо знакомых им трактиров наблюдался всё тот же недостаток бургундского хорошей выдержки, но вскоре найдена была удобная и тёплая котельная и бутылка спирта, якобы ректификата. Далее – неясно: то ли спирт оказался не вполне ректификатом, то ли оператор котельной чего-то перемудрил с топкой – но уже к утру все собутыльники пребывали в лучшем из миров, откуда нет возврата. Вскрытие никто проводить не стал, грубые менты решили, что не фиг с трупами алкашей возиться, а супругу Бабанны еще повезло – он был одним из немногих, кто ушёл на поиски вечного праздника с документами, а посему удостоился оплакивания и скромных, но достойных похорон, чего о половине остальных несчастных не скажешь.
У Бабанны осталось двое половозрелых детишек: дочь халда дИбильная (так это произносилось) и сын – мамина радость: "Хороший… слова плохого от него не слыхала – жалеет мать!" Глянуть хоть одним глазком на жалельщика не представлялось возможным, ибо к тому времени он уже пять годков как чалился на зоне и в ближайшие десять лет имел возможность пожалеть старушку-маму только раз-другой в год – во время тюремных свиданий. Сел он разумеется «ни за что» - всего-то навсего за участие в групповом изнасиловании и убийстве – ну хто ж виноват в том, что всякие шалавы сначала сами напрашиваются, а потом – раз! – и помирают от потери крови (а не брыкалась бы – никто б её ножичком не пырял!). 

Оплакав безвременно погибшего супруга Бабанна всего-то пару лет пребывала в спокойном (без мордобоя) вдовстве, но видно сильно неуютно себя в этом качестве чувствовала – потому что как только дИбильной халде стукнуло 18, поторопилась выдать её замуж за первого, кто позарился (а то ж в девках засидится – от людей стыдно!). Зять был, конечно же, тоже дИбильный – «а што я ей – прынца буду искать? – пусть за этого спасибо скажет» - но жизнь вёл такую, как Бабанна привыкла – пил, не работал и молодую жену поколачивал, а иной раз и тещеньке фингал-другой перепадал, чтоб не скучала. Вот этого-то зятька Игорю разок довелось увидеть – тот забежал к Бабанне вечерком разжиться трёшкой – и немало подивился плюгавости драчуна – зятёк могучей Бабанне еле до плеча доставал, а вот поди ж ты – как он только ей в глаз попадал, подпрыгивал что ли? 

Самое дивное было в том, что весь свой жизненный путь эта мудрейшая из женщин описывала с таким эпическим величием, что если его перенести на бумагу, то так и просился бы туда заголовок «Как правильно жить». Сама рассказчица, кстати, неоднократно пеняла своему малахольному собеседнику, особенно увидев у него в руках книжку (конечно же, дИбильную!) на то, что так называемые писатели-недоумки сочиняют всякую х**ню вместо того, чтобы писать чистую правду о жизни людей по-настоящему достойных. Так что я сейчас (разумеется, непозволительно кратко!) в какой-то мере выполняю желание этой замечательной женщины, поскольку Игорь ее жизненную сагу удостоил только устного пересказа… 

Пы. Сы. Участковый Хакимов, кстати, своё обещание обеспечить Игорю достойные условия дежурства смог выполнить только на две трети – тепло и сытный ужин он ему обеспечил, но за чистоту отвечала Бабанна, которая 

а) не успевала после поучительных бесед «с ихним говном возиться», 

б) вообще мыла полы из рук вон плохо, даже когда молчала.

Что делать - “nobody’s perfect!” 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened